В лучших традициях сталинско-геббельсовской прессы, не утруждая себя никакими доказательствами, их "авторы" утверждают, что Ленур — русофоб, исламист и чуть ли не террорист. Еще немного — и его "назначат" эмиссаром Аль-Каеды в Крыму.

В Крыму — потому что Ленур Ислямов, абсолютно светский человек, гражданин России, москвич, предприниматель, решил помочь своему народу в возрождении культуры и языка на родине.

Вложив личные деньги, Ленур создал телеканал ATR — первое крымскотатарское телевидение. Которое всего за три года стало самым популярным в Крыму среди зрителей всех национальностей.

ATR вещает на трех языках (основной — русский), на канале выходят аналитические, культурные, просветительские, музыкальные, спортивные, кулинарные, детские и другие программы, лучшие ток-шоу в Крыму (зайдите на сайт atr.ua, посмотрите сами). Впрочем, тем, кто постоянно интересуется новостями, про ATR уже можно не рассказывать — в последние недели крымскотатарское ТВ смотрит не только вся Украина, но и весь мир, и думающие люди в России. Как самоотверженно сейчас работают журналисты ATR, каждый день ожидая закрытия новыми властями, тоже рассказывать не стоит: думаю, всем понятно.

А еще — в прошлом году Ленур исполнил мечту крымскотатарского народа, снял широкоформатный исторический фильм "Хайтарма" с участием известных российских и украинских актеров. Фильм — о трагедии депортации, в которой погибли четверо из десяти крымских татар. И о судьбе одного из лучших летчиков Великой Отечественной войны, дважды Героя Советского Союза Аметхана Султана.

фото

Те, у кого повернулся язык назвать его русофобским, даже не посмотрев, — просто лишены совести. Это фильм о страшном сталинском преступлении, о любви и о чести людей всех национальностей.

Наконец, недавно Ленур запустил проект своей мечты — детский крымскотатарский телеканал LALE ("Тюльпанчик"), на котором дети слышат родной литературный язык. Чтобы было понятно, как это важно, поясню: из-за депортации и гонений своим языком хорошо владеет около 20% крымских татар. Вообразите такую ситуацию с русским языком — и придете в ужас.

И вот теперь за то, что Ленур делает для своего народа (а перечисленное — далеко не все, чем Ислямов помогает людям в Крыму), ему, похоже, придется заплатить.

Начались тотальные проверки в его московских предприятиях. Чем они закончатся — нетрудно предположить, несмотря на то, что Ленур законопослушный гражданин, и его бизнес прозрачен.

В заказных (приказных) статьях Ислямову фактически выдвинут ультиматум: или ты прекращаешь независимую работу ATR — или сядешь в тюрьму как лидер какой-нибудь радикальной исламистской группировки.

Принцип тот же, что при Сталине: был бы человек, а дело сошьется. По тем же лекалам, предполагаю, начнут шить дела и другим известным крымским татарам: исламский терроризм, подрывная деятельность, разжигание межнациональной розни — все то, чего никогда не было в Крыму. И о чем сейчас спешно лепят лживые телевизионные передачи.

Скоро Россия "узнает", что Крым — логово террористов, и начнется новый круг хождения моего народа по мукам.

Боюсь, это и есть ответ на вопрос о гарантиях защиты крымскотатарского народа, данных президентом России в разговоре с Мустафой Джемилевым. Если самого Джемилева, известного во всем мире человека, личность масштаба Сахарова и Манделы, "новые власти" уже подумывают не пускать в Крым (возвращению в который своего народа он посвятил всю жизнь, проведя 15 лет в советских застенках) — то о каких правах для всех остальных может идти речь?

Боюсь, мой народ будут не защищать, а зачищать. Сначала от его лучших представителей, от интеллигенции, а затем и от всех, кто посмеет высказывать свое мнение.

Если так дела пойдут дальше, то основными правами крымских татар на собственной родине окажутся:

— право жить в моральном гетто — оскорбления по национальному признаку уже начались, крымских татар унижают на улицах, в школах, в транспорте, люди стараются не ходить нигде в одиночку;

— право молчать на своем, ставшем "государственным" языке.

Если моя страна, Россия, присоединяла мой Крым вот для этого, — то в истории имеется термин, который это описывает, и который я не хочу произносить. Если на государственных телеканалах начали обвинять евреев в Холокосте, то произносить его уже нет необходимости.